Важно! "Омбудсмен рассмотрел документы десятка дел, которые завершились обвинительным приговором, и пришел к выводу, что люди, которые представлялись «официальными представителями правообладателя», таковыми не являются." Подробнее: СМИ "Известия" от 16.03.2017 http://izvestia.ru/news/671570

Представитель Уполномоченного при Президенте Российской Федерации о специфическом "бизнесе" "правообладателей"
Семенов Анатолий Вячеславович на пресс-конференции рассказал телевидению о лицах именующих себя представителями правообладателей, об их специфическом "бизнесе", признаках уклонения от налогов, присвоения крупных, и особо крупных денежных средств.

Смотреть видео на youtube >>
Внимание! Уважаемые посетители сайта! Вся информация размещенная здесь является вымыслом и неправдой. Все совпадения с реальными историями из жизни, именами и событиями являются чистой случайностью и выдумкой, неправдой. Данный ресурс является лишь художественным изданием, создаваемым группой авторов. Авторы сообщений ни в коем случае не могут нести ответственности за свои сообщения, если вдруг они совпали с реальностью, но всегда готовы помочь Вам!
Если Вы не согласны с таким положением вещей, рекомендуем прекратить просмотр сайта и покинуть его.
Если к содержимому страниц у Вас появились претензии - обращайтесь в раздел "Для жалоб и предложений".
Все претензии и нарекания к работе этого сайта будут внимательно рассмотрены администраторами.
Обращаем Ваше особое внимание на то, что всё творчество авторов проекта является охраняемым законом об авторском праве творчеством авторов проекта. И любое копирование любых страниц этого сайта (путём копирования текста, фотографий и любых других способов копирования информации) без разрешения на то его автором, является нарушением законодательства Российской Федерации, влечет за собой правовые последствия.
>Телеграм канал Femida78<

Отказ от знания АВТОРСКОГО ПРАВА обязателен

Обсуждения

Отказ от знания АВТОРСКОГО ПРАВА обязателен

Сообщение sirius701 » 22 янв 2013, 09:14

Отказ от знания АВТОРСКОГО ПРАВА обязателен

Дело № 22-013-4
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Российской Федерации
http://www.supcourt.ru/stor_pdf.php?id=545872

...
Вывод суда о виновности Золоевой, Бетрозова, Сивкоева, Колиева, Техова,
Бестаева и Бучукури в незаконном использовании объектов авторского права
или смешанных прав, приобретении, хранении контрафактных экземпляров про­
изведений в целях сбыта, совершенных организованной группой, в особо крупном
размере, ... соответствует фактическим обстоя­
тельствам уголовного дела и основан на совокупности исследованных при судеб­
ном разбирательстве доказательств, тщательный анализ которых содержится в
приговоре.
...
Бестаев А. знал, что часть программного обеспечения, а именно программное
обеспечение « », которое технические работники устанавливают на
жесткие диски компьютеров в ряде клубов, нелицензионное, то есть контрафакт­
ное.
...
Она же являлась владельцем клуба « , в ко­
тором также проводились азартные игры через «интернет». Программное обеспе­
чение на компьютерах в принадлежащих ей клубах было нелицензионное. От дея­
тельности клубов она получала прибыль.
...
Дауев говорил ей о необходимости
приобретения наклеек с тем, чтобы в случае проверки клуба правоохранительны­
ми органами, придать законный вид нелицензионному программному обеспече­
нию, установленному на компьютеры.
...
Принад­
лежащие ей клубы были организованы при содействии и помощи Дауева с целью
получения прибыли. Она знала о контрафактности программного обеспечения,
которое было установлено в её клубах.
...
Понимала, что деятельность,
связанная с реализацией нелицензионного программного обеспечения, является
незаконной, однако,
...




=

http://www.supcourt.ru/stor_pdf.php?id=545872


Дело № 22-013-4
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по уголовным делам
Верховного Суда Российской Федерации
в составе:
председательствующего Галиуллина З.Ф.,
судей Валюшкина В.А. и Мещерякова Д.А.
при секретаре Маркове О.Е.
рассмотрела в судебном заседании 15 мая 2013 года уголовное дело по кас­
сационным жалобам осужденных Золоевой А.З., Бетрозова М.С., Сивкоева Т.П.,
Техова Р.С., Бестаева СВ., Бучукури Г.С. и адвокатов Козаева Т.Н. и Денгизова
К.К. на приговор Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 6 де­
кабря 2012 года, по которому
Золоева А З
не имеющая судимости,
осуждена по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 2 года лишения свободы со
штрафом в размере 40 000 рублей.
Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испы­
тательным сроком на 2 года;
Бетрозов М С
несудимый,
осужден по п.п. «б», «в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 1 год лишения свободы ус­
ловно с испытательным сроком на 1 год.
Сивкоев Т П
несудимый,
осужден по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 2 года лишения свободы со
штрафом в размере 20 000 рублей. 2
Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испы­
тательным сроком на 1 год 6 месяцев;
Колиев С В
несудимый,
осужден по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 2 года лишения свободы со
штрафом в размере 20 000 рублей.
Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испы­
тательным сроком на 1 год 6 месяцев;
Техов Р С
несу­
димый,
осужден к лишению свободы: по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 2 года со
штрафом в размере 100 000 рублей; по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ на 2 года
со штрафом 50 000 рублей, а на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности
преступлений на 3 года со штрафом в размере 120 000 рублей.
Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испы­
тательным сроком на 2 года;
Бестаев Со В
несудимый,
осужден к лишению свободы: по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 2 года со
штрафом в размере 350 000 рублей; по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ на 2 года
со штрафом 70 000 рублей, а на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности
преступлений на 3 года со штрафом в размере 400 000 рублей.
Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испы­
тательным сроком на 3 года,
и
Бучукури Г С
несудимый,
осужден к лишению свободы: по п.п. «б, в» ч. 3 ст. 146 УК РФ на 2 года со
штрафом в размере 350 000 рублей; по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ на 2 года
со штрафом 70 000 рублей, а на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности
преступлений на 3 года со штрафом в размере 400 000 рублей.
Наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испы­
тательным сроком на 3 года.
Золоева А.З., Бетрозов М.С., Сивкоев Т. П. и Колиев С. В. оправданы по об-3
винению в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 171
УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, за отсутствием в деянии состава
преступления, с признанием за ними в этой части права на реабилитацию.
По этому же делу осуждены Дауев Т.В., Бестаев А.М., Савлохова А.Г., Бес­
таева Л.В., Куртаева Р. И., Бестаева М.Т., Хубецов Е.Д., Цаликов Д.М. осужден по
п.п. «б, в» ч.З ст. 146 УК РФ и оправдан по п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 171 УК РФ, а Хур-
тик Д.В. оправдан в полном объеме, на приговор в отношении которых, кассаци­
онных жалоб и представления не принесено.
Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., выступления осужденной Золоевой
А.З. и в ее защиту адвоката Надысева М.Н., адвокатов Кабалоевой В.М., Панфи­
ловой И.К., Паныниной Е.Н., Антонова О.А. и Лунина Д.М. в защиту осужден­
ных, соответственно Сивкоева Т.П., Колиева СВ., Техова Р.С, Бестаева СВ. и
Бучукури Г.С, поддержавших кассационные жалобы, прокурора Телешевой - Ку-
рицкой Н.А., полагавшей, что оснований для отмены или изменения приговора не
имеется, судебная коллегия
установила:
по приговору суда Золоева А.З., Бетрозов М.С., Сивкоев Т.П., Колиев СВ.,
Техов Р.С., Бестаев СВ. и Бучукури Г. С. признаны виновными в незаконном
использовании объектов авторского права или смешанных прав, а равно приобре­
тении, хранении контрафактных экземпляров произведений в целях сбыта, со­
вершенных организованной группой, в особо крупном размере, а Техов Р.С,
Бестаев СВ. и Бучукури Г. С. еще и в осуществлении предпринимательской дея­
тельности без регистрации и без лицензии в случаях, когда такая лицензия обяза­
тельна, совершенном организованной группой, сопряженном с извлечением дохо­
да в особо крупном размере.
Эти преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в
приговоре.
В кассационных жалобах:
- в основной кассационной жалобе и дополнении к ней осужденная Зо­
лоева считает приговор незаконным и необоснованным, а содержащиеся в нем
выводы не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и не подтвер­
жденные доказательствами. Воспроизводя показания, данные в суде, утверждает,
что состояла с предпринимателем Дауевым исключительно в трудовых отноше­
ниях с фиксированной заработной платой. При приеме ее на работу он не сооб­
щал ей о целях и мотивах деятельности, в связи с чем она не могла осознавать ка­
кую- либо общественную опасность чьих-либо действий, если таковые имели ме­
сто. О существовании какой-либо организованной преступной группы ей ничего
известно не было, в нее она не вступала, никто не отводил ей роль диспетчера, 4
она не координировала деятельность технических работников, а всего лишь дово­
дила до сведения иных работников отдельные поручения руководителя - Дауева,
самостоятельных действий не совершала, продажей сертификатов подлинности
программного обеспечения не занималась, а лишь передавала наклейки лицам,
указанным Дауевым, а в случае передачи ими денежных средств, отдавала их
Дауеву. Как использовались указанные наклейки, ей не известно. Никакого отно­
шения к установке программного обеспечения не имела, и не обладала никакими
сведениями об его контрафактности. В деле отсутствуют доказательства, под­
тверждающие наличие у нее прямого умысла на незаконное использование объек­
тов авторского права, а именно контрафактного программного обеспечения кор­
порации « ». Утверждает, что « признательные» показания на следст­
вии были получены от нее вследствие избрания ей меры пресечения с подписки о
невыезде на содержание под стражей. Просит приговор отменить, уголовное дело
прекратить за отсутствием состава преступления;
- основной и дополнении к ней осужденный Бетрозов М.С. утверждает,
что никакими объективными доказательствами не подтверждена его осведомлен­
ность о том, что устанавливаемое им на компьютеры программное обеспечение
является контрафактным. При разворачивании операционной системы
из файла с жесткого диска невозможно установить, является ли она контра­
фактной или нет. Он не мог знать о происхождении указанных файлов и их кон­
трафактном характере, поскольку он их не создавал, а получил от работодателя
компьютерный жесткий диск, на котором они содержались, когда был принят на
работу. Ссылаясь на судебную практику, утверждает, что совершение преступле­
ния, предусмотренного ст. 146 УК РФ, возможно только с прямым умыслом.
Кроме того, из содержания приговора следует, что доступ к программному обес­
печению корпорации « и его копирование были осуществлены
именно Дауевым Т.В.. Бездоказательным является и вывод суда о том, что ему в
составе организованной группы была отведена роль установщика в компьютер­
ных клубах контрафактного программного обеспечения корпорации «
». Его доводы о том, что он не вступал в организованную группу, а был при­
нят на работу по найму к индивидуальному предпринимателю Дауеву в качестве
техника по обслуживанию компьютерной техники, получил от него жесткий диск
(«винчестер») с уже записанным на нем программным обеспечением, не зная о
его контрафактном характере, ничем не опровергнуты. Его показания в этой части
фактически подтвердил Дауев и в суде, не подтвердив данных на следствии пока­
заний о том, что все техники знали о контрафактном характере программного
обеспечения. При этом Дауев указал причины, по которым он оговорил его. Ли-
цензионность записанных на жестком диске программ, экспертным путем не про­
верялась. При определении размера ущерба судом проигнорирован ответ компа­
нии », касающийся поставок в Россию продукта не
принята во внимание судебная практика. Просит приговор отменить, а дело пре­
кратить за отсутствием состава преступления; 5
- основной и дополнении к ней адвокат Денгизов в защиту осужденного
Колиева, считая приговор незаконным, необоснованным и несправедливым, ука­
зывает на недоказанность вины его подзащитного в совершение преступления,
предусмотренного ст. 146 УК РФ, при этом судом не приняты во внимание пока­
зания осужденных Дауева, Савлоховой, свидетеля К Из содержания
приговора усматривается, что доступ к программному обеспечению «
» и его копирование совершено Дауевым. Наличие какой-либо преступной ор­
ганизованной группы не подтверждено объективными доказательствами, равно
как и членство в ней Колиева, распределение ролей и совершение в ее составе
преступления. Подтверждением чему служит и позиция прокурора, отказавшегося
от поддержания обвинения по ст. 210 УК РФ. Вывод суда о том, что Колиеву бы­
ла отведена роль установщика контрафактных программ, является голословным.
Утверждение суда о том, что Колиев установил контрафактное программное
обеспечение в клубе « », опровергается показаниями Сивкоева, со­
гласно которым программное обеспечение устанавливал он, и оно было лицензи­
онным. Не мог Колиев устанавливать программное обеспечении в клубе «
», поскольку к этому времени он еще не работал у Дауева. Установкой про­
граммного обеспечения Колиев занимался только 19 мая 2011 года в компьютер­
ном клубе на ул. Доводы Колиева о том, что он не вступал в орга­
низованную группу, а был принят на работу по найму к индивидуальному пред­
принимателю Дауеву в качестве техника по обслуживанию компьютерной техни­
ки, получил от него жесткий диск («винчестер») с уже записанным на нем про­
граммным обеспечением, не зная о его контрафактном характере, ничем не опро­
вергнуты. Показания Колиева в этой части фактически подтвердил Дауев и в суде,
не подтвердив данных на следствии показаний о том, что все техники знали о
контрафактном характере программного обеспечения. Лицензионность записан­
ных на жестком диске программ, экспертным путем не проверялась. То есть, в де­
ле отсутствуют доказательства того, что Колиев умышленно использовал, приоб­
ретал, хранил контрафактные экземпляры произведения, то есть продукцию
« ». Ни один из допрошенных по делу лиц, не дал показаний, свиде­
тельствующих об обратном, каких-либо документов или иных доказательств вины
Колиева нет. Доводы Колиева о своей невиновности не опровергнуты, сомнения
не устранены, обвинение большей частью построено на предположениях, поэтому
защита полагает, что судом не применены положения закона о презумпции неви­
новности. Поскольку совершение преступления, предусмотренного ст. 146 УК РФ,
возможно с прямым умыслом, что не нашло подтверждения в суде, просит приго­
вор отменить, а дело прекратить за отсутствием состава преступления;
- основной и дополнении к ней осужденный Сивкоев привел доводы, ана­
логичные доводам адвоката Денгизова в защиту осужденного Колиева;
- основных и дополнительных осужденный Техов и в его защиту адвокат
Козаев в обоснование доводов о незаконности, необоснованности и несправедли­
вости приговора, указывают на несоответствие выводов суда фактическим об-6
стоятельствам дела, нарушения УПК РФ , и неправильное применение уголовного
закона. В нарушение требований ст.ст. 14 и 17 УПК РФ в обоснование выводов о
виновности Техова в преступлениях, суд сослался на показания свидетелей К -
и Б Между тем, эти лица категорически опровергли то обстоя­
тельство, что именно он являлся арендатором помещений по ул. и
ул. в которых осуществлялась незаконная предпринимательская
деятельность. Бездоказательным является и вывод о том, что Техов подобрал для
работы в компьютерном клубе администраторов , приобретал у Дауева виртуаль­
ные денежные средства (депозиты), а в дальнейшем контролировал работу этих
клубов. Судом не установлено, что в клубах по названным выше адресам были
установлены контрафактные программные продукты. Не конкретизирует суд и то,
кем установлены эти программы. Общая стоимость всего изъятого контрафактно­
го программного обеспечения , как установил суд, составляет рублей. В
то же время ничем, в том числе, заключением эксперта не подтверждено, что
именно он пользовался компакт-диском с установленной на нем контрафактной
продукцией. Оставлено без внимания и несовпадение ключей к продуктам
« », установленным в разных клубах. В деле отсутствуют какие-либо
данные, подтверждающие стоимость контрафактной продукции. Никакими дока­
зательствами не подтверждена его причастность к использованию всех нелицен­
зионных программ, что давало основание для признания его виновным в наруше­
нии авторских прав в особо крупном размере. Наличие у Техова прямого умысла
на совершение преступления, предусмотренного ст. 146 УК РФ, не установлено, в
приговоре не указано, какими именно действиями нарушены права авторов про­
изведений, их наследников, исполнителей, производителей фонограмм, а также
иных обладателей этих прав, не приведено доказательств использования Теховым
чужих авторских прав с причинением ущерба правообладателю в особо крупном
размере. О непричастности Техова к преступлениям дали показания, фактически,
все осужденные , а также свидетель Р . Выводы о том, что Техов состоял в
организованной группе, не основаны на законе и материалах дела, вследствие че­
го нет оснований говорить о причинении им ущерба в результате незаконного
предпринимательства в особо крупном размере. Объективно особо крупный раз­
мер не подтвержден. Просят приговор отменить и прекратить уголовное дело;
- осужденный Бестаев С. В., не соглашается с приговором ввиду его неза­
конности, несправедливости, несоответствия выводов суда фактическим обстоя­
тельствам дела, неправильного применения уголовного закона. В обоснование
этих доводов указывает на отсутствие доказательств того, что он состоял в орга­
низованной группе, занимаясь в ее составе предпринимательской деятельностью.
То, что он не состоял в организованной группе, подтвердили остальные осужден­
ные и свидетели. Более того, со многими из осужденных он не был знаком и ему
не был известен род их деятельности. Таким образом, у него не могло быть умыс­
ла на занятие с другими осужденными незаконной предпринимательской дея­
тельностью, а тем более умысла связанного с извлечением доходов в особо круп­
ном размере, как это предусмотрено п.п. «а, б» ч.2 ст. 171 УК РФ, как не могло 7
быть единого умысла направленного на занятие незаконным использованием объ­
ектов авторского права, приобретением, хранением контрафактных экземпляров
произведений в целях сбыта организованной группой, в особо крупном размере.
Просит приговор отменить, а дело направить на новое судебное рассмотрение;
- осужденный Бучукури указывает на несоответствие приговора требовани­
ям ст.ст. 297 и 302 УПК РФ. Выводы суда о том, что он состоял в организованной
группы и в ее составе занимался незаконным оборотом объектов авторского права
и незаконным предпринимательством, объективно ничем не подтвержден, о чем
дали показания осужденные по делу как на предварительном следствии, так и в
суде. Содержащееся в приговоре утверждение о том, что он извлек прибыль в
особо крупном размере рублей), сделано на основании неправильного
толкования судом заключения эксперта. Кроме того, с некоторыми осужденными
он познакомился только в судебном заседании. Прибыль, которую он извлек, ни с
кем из осужденных не делил, поэтому она не могла образоваться в таком размере.
Просит приговор отменить, а уголовное дело направить на новое рассмотрение.
Прокурором принесены возражения, в которых он считает доводы осужден­
ных и адвокатов неубедительными и просит оставить их без удовлетворения.
Проверив дело, обсудив доводы осужденных адвокатов, и возражения на них
прокурора, судебная коллегия находит приговор законным, обоснованным и
справедливым.



Вывод суда о виновности Золоевой, Бетрозова, Сивкоева, Колиева, Техова,
Бестаева и Бучукури в незаконном использовании объектов авторского права
или смешанных прав, приобретении, хранении контрафактных экземпляров про­
изведений в целях сбыта, совершенных организованной группой, в особо крупном
размере, а Техова, Бестаева и Бучукури еще и в осуществлении предпринима­
тельской деятельности без регистрации и без лицензии в случаях, когда такая ли­
цензия обязательна, совершенном организованной группой, сопряженном с из­
влечением дохода в особо крупном размере, соответствует фактическим обстоя­
тельствам уголовного дела и основан на совокупности исследованных при судеб­
ном разбирательстве доказательств, тщательный анализ которых содержится в
приговоре.


Аналогичные, содержащимся в кассационных жалобах осужденных Золоевой
А.З., Бетрозова М.С, Сивкоева Т.П., Техова Р.С, Бестаева СВ., Бучукури Г.С, а
также адвокатов Козаева и Денгизова, доводы, выдвигались и при судебном раз­
бирательстве, которые тщательно проверялись судом, и обоснованно были при­
знаны неубедительными.

Так, из показаний осужденного по делу Дауева, которые он дал в ходе пред­
варительного следствия, следует, что в 2008 году он и Бестаев А. (также осужден­
ный по делу) договорились об организации незаконных компьютерных азартных 8
игр на деньги клиентов с выходом в «интернет» с целью получения материальной
выгоды. Тогда же он через «интернет» познакомился с «Д », который
предоставил ему доступ к программе, с помощью которой можно было из «ниче­
го» создавать виртуальные денежные средства, так называемые «депозиты» с по­
следующей продажей их владельцам компьютерных клубов для проведения
азартных игр. Он и Бестаев А. покупали у того за наличные деньги «депозиты»,
платя 45%. В конце 2008 года во по ул. они открыли первый
компьютерный клуб. Во все компьютеры было установлено бесплатное про­
граммное обеспечение « ». Тогда же от « Д » по электронной почте
получили документы, отражающие, якобы, наличие в клубе электронной платеж­
ной системы, а также пароли выхода на сервер, позволяющие с компьютера опе­
ратора генерировать виртуальные денежные средства («депозиты») и переводить
их на счета игровых компьютеров, для проведения игры, которая имелась в памя­
ти сервера. Игры проводилась следующим образом:
С «Д », за предоставленные ему депозиты он рассчитывался
наличными деньгами через терминалы оплаты. Прибыль от деятельности клуба
он и Бестаев А. делили поровну. Через 2- 3 месяца он привлек для обслуживания
клуба в качестве технического работника З , который получал лишь заранее
оговоренную заработную плату. Приносимая прибыль была достаточной для то­
го, чтобы предлагать данный бизнес лицам, имевшим финансовую возможность
вкладывать деньги в открытие компьютерных клубов. Он и Бестаев А. привлекли
ряд лиц в деятельность по организации и проведению азартных игр. В начале
2009 года они помогли К открыть клуб во по пр.
при этом 50% прибыли получал К а 50% - получали он и Бестаев А. В
первой половине 2009 года он и Бестаев А. помогли также Савлоховой А. открыть
такой же компьютерный клуб во по ул. в начале
2009 года он и Бестаев А. помогли Т открыть компьютерный клуб по ул.
во При этом 50% прибыли от деятельности указанно­
го клуба получал Т а 50% - он и Бестаев А.. Когда Т по каким-то
причинам не мог заниматься клубами, вопросы функционирования клубов иногда
решались с его братом - Теховым Р.) осужденным по делу). Компьютерный клуб
по пр. функционировал 4-6 месяцев, после чего по инициативе К
прекратил свое существование. В конце 2009 года, посредством «интернета» он
вышел на связь с « С », который предложил ему приобретать у него «депози­
ты» за наличные деньги в сумме, равной 30% от количества «депозитов». С ним
он расплачивался через терминал оплаты. Учитывая то, что предложение « С » 9
было более выгодным, решил работать с ним. Все функционировавшие на тот
момент компьютерные клубы он перевел на систему, которая была предложена
«С ». Это произошло в середине 2009 года. Тогда же он и Бестаев А. в дея­
тельность по проведению азартных игр посредством выхода в «интернет» при­
влекли еще ряд лиц, среди которых был Бестаев С(осужденный по делу). С ним
они открыли компьютерные клубы на базарной площади в сел.
района и несколько клубов во по ул. »;
При этом есть 50% прибыли полу­
чал Бестаев С , а 50% - он и Бестаев А.. К концу 2009 года им в качестве техни­
ческих работников также были привлечены Цаликов и Бетрозов М. (осужденные
по делу). Во всех компьютерных клубах не было платежной системы, они все до­
кументально были оформлены на П , который знал, что в помещениях клу­
бов проводятся азартные игры посредством выхода в «интернет» для получения
соответствующей прибыли. Компьютерные клубы продолжали функционировать
в данном режиме до середины 2010 года, когда, опять же, посредством «интерне­
та» он вышел на связь с «А , который предложил ему арендовать у него за
определенную плату соответствующую программу, так называемый сервер, кото­
рый фактически находился в другом государстве. За аренду сервера и соответст­
венно программ, он должен был заплатить «А » рублей за подклю­
чение 45 клубов. При организации и открытии более 45 клубов, оплата аренды
вырастала пропорционально количеству открываемых клубов. Фактически
«А » мог контролировать имеющееся количество клубов для взаиморасче­
тов, так как каждый клуб входил в систему созданную А под своим паро­
лем, то есть, сколько паролей, столько клубов. Было принято решение о том, что
владельцы компьютерных клубов будут приобретать «депозиты» наличными
деньгами в сумме равной 20% от количества «депозитов». Это предложение было
самым выгодным из всех, которые имелись в тот момент в «интернете», а поэтому
все клубы, организованные и функционировавшие на тот момент, были переведе­
ны им на систему, предложенную «А ». В частности на арендованный им
сервер были переведены клубы Техова И. по ул. Б и по ул. К ­
во а также клубы Савлоховой и Бестаева С. Для перевода
клубов на арендованный им сервер, им в качестве технических работников были
привлечены еще Сивкоев Т. и Колиев С (осужденные по делу). Кроме того, в ка­
честве его помощников по работе и функционированию клубов им были приняты
на работу Золоева А. (осужденная по делу) и Д . Всю техническую работу
по переводу клубов на арендованный им сервер провели Сивкоев, Колиев, Бетро­
зов, Хуртик, Цаликов. Некоторые технические моменты решались так же и им. Во
всех клубах, которые были подключены к арендованному им серверу, на жесткие
диски компьютеров было установлено программное обеспечение корпорации
« т». В связи с тем, что лицензионное программное обеспечение, необ­
ходимое для работы клуба было дорогое, было решено устанавливать контра­
фактное программное обеспечение, которое бесплатно можно было скачать в «ин­
тернете» на общедоступных сайтах. Данное программное обеспечение скачива­
лось им на указанных сайтах, а после этого копировалось на жесткие диски, кото-10
рые были у каждого технического работника, для последующей установки про­
граммного обеспечения на жесткие диски компьютеров, установленных в клубах.
Бестаев А. знал, что часть программного обеспечения, а именно программное
обеспечение « », которое технические работники устанавливают на
жесткие диски компьютеров в ряде клубов, нелицензионное, то есть контрафакт­
ное.
Но, в связи с тем, что технические вопросы решались им единолично, Беста­
ев А. в данные вопросы не вникал. Для работы по открытию и обслуживания клу­
бов каждому техническому работнику им были переданы жёсткий диск, предна­
значенный для хранения на нем архивной копии, так называемых «сжатых обра­
зов» операционной системы « » корпорации « », «кардридер»
с 8В - флешкой - на которой хранились файлы с различными азартными играми, а
так же мобильный телефон, чтобы он мог созваниваться с каждым. Процедура ус­
тановки программного обеспечения выглядела следующим образом:
Для
придания законного вида нелицензионному программному обеспечению, на кор­
пуса компьютеров клеились, так называемые сертификаты подлинности про­
граммного обеспечения корпорации « », которые он через «интернет»
заказывал в у незнакомых ему людей, которым платил около руб­
лей за одну наклейку. Затем эти наклейки им реализовывались владельцам клубов
по рублей за штуку. Им же было установлено правило, по которому ес­
ли хозяин клуба, хочет, чтобы именно он представлял интересы клуба и его хо­
зяина при проверках, проводимых правоохранительными органами, хозяин клуба
должен был приобрести у него наклейки на все компьютеры, и в этом случае им
передавался хозяину клуба соответствующий пакет документов на имя Хубецова.
В середине 2010 года в связи с уходом П возникла необходимость в оформ­
лении всех действующих клубов на другого человека, и выбор пал на а Е.
Д.(осужденного по делу). Тот знал, что в клубах проводятся азартные игры по­
средством выхода в «интернет». Для того чтобы замаскировать деятельность
клубов по проведению азартных игр под деятельность платежной системы, он по­
просил М оформить на него ООО « », которое зарегистрировано в
. Это общество никакой деятельностью не занималось, являясь «пустыш­
кой». Кроме того, он посредством «интернета» связался с неизвестными ему 11
людьми в , которые по его просьбе, за определенную плату открыли «пус­
тышку» в одной из зарубежных стран. После этого он составил агентский дого­
вор между ООО и зарубежной компанией о деятельности платежной
системы, а следом - субагентский договор между ООО в лице М
и ИП Хубецовым Е.Д. Субагентский договор представлялся им при проверках
компьютерных клубов правоохранительными органами, для введения их в заблу­
ждение. Фактически, если бы встал вопрос о наличии и отсутствии платежной
системы, он мог бы принять деньги, выписать квитанцию о получении денежных
средств, после чего внести указанные денежные средства в систему « », по­
сле чего лицо, внесшее деньги могло бы распоряжаться указанными внесенными
деньгами по своему усмотрению. Однако, фактически платежная система, которая
не осязаема и существует виртуально в «интернете» не использовалась вообще,
так как для проведения азартных игр она была не нужна. Все оргвопросы, по-
прежнему, решались им и Бестаевым А., но часть из низ возложили на Золоеву А.
, которая с его ведома, могла и имела возможность пополнять счет любого клуба,
подключенного к арендуемому им серверу, виртуальными денежными средствами
- «депозитами». Кроме того, Золоева так же по его указанию в случае необходи­
мости сообщала владельцам уже открытых или открываемых клубов мобильные
телефоны технических работников. Кроме того, Золоева была полномочна при­
нимать деньги за приобретаемые «депозиты» а так же за наклейки, которые хра­
нились в офисе по ул. С середины 2010 года все компьютерные
клубы были переведены им на систему, предложенную «А ». Тогда же к
нему обратился Бучукури (осужденный по делу), и попросил организовать ему
деятельность клубов по проведению азартных игр через «интернет». По его
просьбе в период времени с октября 2010 года по май 2011 года, им были органи­
зованны для Бучукури во 7 клубов. Эти клубы функционировали на
тех условиях, что и остальные. Необходимый пакет документов на имя Хубецова
Е.Д. он передал Бучукури и продавал ему «депозиты», за которые получал от него
соответствующую плату. К нему же с аналогичными просьбами обращались Бес­
таева М., Куртаева Р. и Бестаева Л.(осужденные по делу), а также Ц ко­
торому он помог открыть три клуба, а Бестаевой М.- один, подключив ее к арен­
дуемому им серверу. Владельцам компьютерных клубов - Бучукури, Куртаевой,
Бестаевой Л., Бестаевой М., Савлоховой А., Бестаеву С, Техову И. он говорил о
необходимости приобретения сертификатов подлинности программного обеспе­
чения корпорации « », для того, чтобы оно считалось лицензионным.
Он говорил им и о том, что в случае проверки клуба правоохранительными орга­
нами, они должны были сказать, что компьютеры приобретены с наклейками в
его магазине « ». Каждому владельцу клуба он говорил, что нужно сооб­
щать работникам правоохранительных органов, что компьютер приобретался с
наклейкой, иначе же указанные наклейки создавали лишь видимость легитимно­
сти установленного на жесткий диск программного обеспечения. В сентябре 2010
года в связи с тем, что ему срочно понадобились деньги, Бестаев А. предложил
К купить его долю в бизнесе, организованном им с Бестаевым А. за
рублей, на что тот согласился, и частями выплатил указанную сумму. 12
Поскольку «бизнес» продолжал функционировать, К получал от него и
Бестаева А. прибыль от доли в компьютерных клубах. Вторую долю он делил с
Бестаевым А., из которых часть тратилась на зарплату технических работников -
Бетрозова, Колиева, Сивкоева, Хуртик и Цаликова, его помощников Золоевой и
Д Контрафактное программное обеспечение « », на различ­
ных электронных носителях, изъятое в ходе обысков в его офисе по ул.
и по месту его проживания - в квартире дома по ул.
принадлежит ему и использовалось в рамках работы по организа­
ции компьютерных клубов.
Осужденный по делу Бестаев А. в ходе предварительного следствия дал ана­
логичные показания, дополнив, что все технические вопросы по организации и
функционированию клубов решал непосредственно Дауев. Он решал чисто орга­
низационные вопросы в деятельности клубов: «разбирался» с лицами, которые
пытались получать от Дауева деньги, за так называемую «крышу»; решал вопро­
сы, связанные с претензиями, как правило, лиц, проигравшими в том или ином
клубе определенные суммы денег. Кроме того, к нему могли обратиться его зна­
комые по вопросу открытия клуба, но в этом случае, он сразу ставил в извест­
ность Дауева, который и принимал окончательное решение. В частности, так бы­
ло с Савлоховой.
Согласно показаниям осужденной по делу Бестаевой М., которые она дала на
следствии, в многочисленных компьютерных клубах, которые в 2010-2011 годы
функционировали на территории проводились незаконные
азартные игры на деньги клиентов, о чём она знала хорошо, так как в 2010 в тече­
ние шести месяцев сама работала администратором в компьютерном клубе по ул.
Хозяевами клуба был Бестаев Г., у которого работала администрато­
ром Бестаева Л. Она и устроила ее администратором. От неё она узнала, как поль­
зоваться игровыми программами в компьютерном клубе, видела, как владелец
клуба и Бестаева Л.В. приобретали виртуальные деньги - так называемые «депо­
зиты», которые использовались для проведения в компьютерном клубе азартных
игр. От Бестаевой Л.В. она узнала о Дауеве, который занимался продажей, так на­
зываемых, «депозитов», необходимых для осуществления азартных игр. В сен­
тябре 2010 года она обратилась к Дауеву по вопросу подключения открываемого
ею клуба по пр. в г. Дауев согласился подключить клуб к
своей системе, но поставил условие, чтобы она купила у него 4 компьютера с так
называемыми «наклейками» по цене рублей. Деньги за системные блоки и
«наклейки» она отдала сразу, но «наклейки» забрала позже. Дауев предупредил
ее, что если к ней придут сотрудники милиции с проверкой клуба, то он будет
«отвечать» только в том случае, если у нее будут наклейки на всех системных
блоках. В открываемый клуб приехал Бетрозов и установил на её системных бло­
ках программное обеспечение и азартные игры. После подключения компьютеров
тот сообщил ей индивидуальный код клуба. Тогда же она позвонила Дауеву и по­
просила зачислить на счет (баланс) клуба «депозитов» для получения воз-13
можности проведения азартных игр, Дауев пообещал зачислить «депозиты», по­
сле того, как она передаст ему рублей за них. Денежные средства за пере­
численные на баланс ее клуба «депозиты» она передавала непосредственно Дауе­
ву, приезжая к нему в офис. Затем он ответил, чтобы впредь она по этим вопросам
обращались к Золоевой, и дал номер её телефона. Далее все вопросы по зачисле­
нию «депозитов» она решала с Золоевой. В случае, когда возникали технические
неполадки с компьютерами, то она для их устранения звонила техникам, номера
которых ей сообщил Дауев. Она же являлась владельцем клуба « , в ко­
тором также проводились азартные игры через «интернет». Программное обеспе­
чение на компьютерах в принадлежащих ей клубах было нелицензионное. От дея­
тельности клубов она получала прибыль.

Осужденная по делу Савлохова на следствии подтвердила факт обращения к
Дауеву и Бестаеву А. по вопросам открытия компьютерных клубов для проведе­
ния азартных игр. «Депозиты» и компьютеры она приобретала у Дауева, ею же
были арендованы помещения под клубы. Дауевым к ней присылались техниче­
ские работники, которые осуществляли установку и наладку компьютеров. Поку­
пая компьютеры, она одновременно приобрела у него наклейки (сертификаты
подлинности) отдельно от системных блоков. Дауев говорил ей о необходимости
приобретения наклеек с тем, чтобы в случае проверки клуба правоохранительны­
ми органами, придать законный вид нелицензионному программному обеспече­
нию, установленному на компьютеры.
Клуб в начале был оформлен на ее имя, но
в мае 2010 года Дауев переоформил все документы на своего индивидуального
предпринимателя П . Второй компьютерный клуб по ул.
был оформлен Дауевым на индивидуального предпринимателя Хубецова. Ком­
пьютеры, купленные в этот клуб, были новые, без программного обеспечения и
наклеек (сертификатов подлинности). Подсоединял в сеть и устанавливал про­
граммное обеспечение с играми технический работник Бетрозов М.. Тогда же она
сразу купила у Дауева две «наклейки». В декабре 2010 года Дауев сказал ей, что
необходимо прибрести другие «наклейки», поскольку истек срок годности ста­
рых. Наклейки стоили рублей за штуку. «Депозиты» на счет клубов пере­
числялись по телефонному звонку Золоевой днем или Дауевым ночью. После того
как «депозиты» зачислялись, администратор ее клуба « Х от­
возила денежные средства за них в офис Дауева и передавала их Золоевой. Чер­
новые записи в ее клубах не велись, так как Дауев неоднократно предупреждал не
держать никаких документов в клубе. С индивидуальными предпринимателями
П и Хубецовым она не знакома и никогда их не видела. Пакет докумен­
тов на их имя ей передала Золоева. Если на счету компьютерного клуба не хвата­
ло «депозитов», она звонила Золоевой и та пополняла их количество, а деньги ей
передавали позже. Помещения клубов она арендовала и владельцам этих помеще­
ний платила по рублей в месяц, сама же оплачивала коммунальные услуги.
Принадлежащие ей компьютерные клубы, в которых проводились азартные игры,
работали каждый день, круглосуточно. В налоговом органе она на учет как инди­
видуальный предприниматель не зарегистрирована и не платила никаких налогов. 14
Когда она начинала свою деятельность по проведению азартных игр, то Дауев ей
пояснил, что если она будет выполнять все его условия, то все вопросы и пробле­
мы связанные с правоохранительными органами он будет решать сам. Принад­
лежащие ей клубы были организованы при содействии и помощи Дауева с целью
получения прибыли. Она знала о контрафактности программного обеспечения,
которое было установлено в её клубах.

Как следует из показаний Золоевой на предварительном следствии, она с се­
редины сентября 2010 года по май 2011 года работала у Дауева в качестве по­
мощника. В её обязанности входило выполнение его поручений и указаний. В
процессе работы ей стало известно, что Дауев во и в других насе­
ленных пунктах организовал и руководил деятельностью боль­
шого количества компьютерных клубов, которые, посредством выхода в «интер­
нет», занимались незаконными азартными играми на деньги клиентов. Организа­
ция Дауевым компьютерных клубов заключалась в том, что к нему обращался че­
ловек, который желал открыть компьютерный клуб по проведению азартных игр.
Дауев, как правило, через своих технических работников Бетрозова, Сивкоева,
Хуртик, Цаликова, Колиева продавал владельцам открываемых клубов компьюте­
ры, устанавливал на компьютеры в открываемом клубе программное обеспечение
», продавал хозяевам клубов сертификаты подлинности программ­
ного обеспечения (наклейки). Все вопросы по условиям открытия того или иного
клуба Дауев решал лично, и обо всем договаривался сам. Она, выполняя указания
Дауева: координировала действия технических работников; по поручению Дауева
или по просьбе владельцев игровых клубов со своего компьютера в офисном по­
мещении с помощью программы « » на счета клубов зачисляла вирту­
альные денежные средства, так называемые «депозиты», от владельцев клубов
принимала денежные средства в размере 20% от суммы зачисляемых им депози­
тов и передавала их Дауеву; по указанию Дауева передавала владельцам клубов
сертификаты подлинности программного обеспечения (наклейки). Она знала, что
программное обеспечение, которое устанавливалось техниками на компьютерах
во вновь открываемых клубах, являлось нелицензионным. Она понимала, что так
называемые «наклейки» - сертификаты подлинности программного обеспечения
« у Дауева приобретаются владельцами клубов с целью придания
внешней видимости того, что программное обеспечение на компьютерах является
лицензионным. При этом Дауев сообщил ей, что программное обеспечение, кото­
рое технические работники устанавливали в открываемых клубах, нелицензион­
ное, но ей волноваться не о чем, так как программы устанавливают технические
работники, а за всё остальное отвечать будет он сам. Понимала, что деятельность,
связанная с реализацией нелицензионного программного обеспечения, является
незаконной,
однако, направляя техников в конкретный клуб, так же, как и при
продаже «наклеек», она действовала исключительно по указанию Дауева. Учет по
движению виртуальных денег - «депозитов» в электронном виде вёл лично Дауев.
В офисном помещении, кроме её рабочего компьютера, были установлены также
компьютеры Дауева и Бестаева А. и ещё 4 компьютера. Чем занимался Бестаев 15
А.М. и в каких отношениях он был с Дауевым, она не знает, но она неоднократно
по указанию Дауева брала деньги из кассы офиса либо получала их от самого
Дауева, а затем перечисляла на пластиковую карту банка « на имя Бес­
таева А. Суммы были разные - от рублей. Кроме того, она по ука­
занию Дауева различные суммы денег перечисляла на банковские карты (
и т.п.). По указанию Дауева лично составила список более 80 компью­
терных клубов, которые Дауев контролировал по состоянию на 19 мая 2011 года.
Были случаи, когда она по поручению Дауева звонила владельцам клубов и пере­
давала указание о закрытии клубов. Не знает, где Дауев приобретал наклейки, но
подтверждает, что он передал ей конверт с наклейками и дал указание продавать
их владельцам клубов по цене рублей. Позже цена одной наклейки выросла
до рублей. Из владельцев компьютерных клубов она знала Бестаева С, Кур-
таеву Р.И., Бестаеву Л.В., Бучукури, а других знала по именам: Р , З Д
, К М , М , А Ж Т . Все они часто завозили
в офис различные суммы денег за предоставленные им депозиты. Из некоторых
клубов, помимо оплаты за депозиты, поступали также иные крупные суммы де­
нег. Например, Бестаев С, К , З М и Ж приносили денежные сред­
ства помимо оплаты за депозиты, из компьютерного клуба « (г.
ул. также в офис поступали денежные суммы, превышающие
сумму оплаты за депозиты. В офисе она имела рабочий компьютер, в котором
фиксировались сведения: о движении виртуальных денежных средств от Дауева к
владельцам компьютерных клубов за период с 27 сентября 2010 года по 19 мая
2011 года; получение Дауевым денежных средств от владельцев клубов; список
компьютерных клубов; коды, названия, адреса клубов; имена владельцев клубов и
номера их мобильных телефонов; отчеты о доходах и расходах Дауева за февраль-
май месяцы; источник дохода, размер и дата поступления денежных средств в
рублях. Весной 2011 года к ней обратился К , который собирался от­
крыть компьютерный клуб. Установкой не лицензионного программного обеспе­
чения и подключением клуба, который открывал К , к «интернету» занима­
лись технические работники Сивкоев и Колиев, которым команду подключить
указанный клуб дала она, выполняя указание Дауева. К также купил у неё
депозиты при подключении игрового клуба к системе Дауева, две «наклейки».
Знала, что Дауев и владельцы компьютерных клубов занимались незаконной
предпринимательской деятельностью.
Вышеприведенные показания согласуются: с показаниями Бетрозова М.С,
Сивкоева Т.П., Колиева СВ., Техова Р.С, Бестаева СВ., Бучукури Г.С, которые
они давали на предварительном следствии, и в которых они, по сути, не отрицали
совершения, инкриминируемых им преступлений в составе организованной груп­
пы, руководимой осужденными по делу Дауевым и Бестаевым А.; с показаниями
свидетелей З , Д Т , Х Р , Д К
об известных им обстоятельствах незаконной предпринимательской деятельности
в компьютерных клубах при участии, в том числе, Золоевой А. 3., Бетрозова М.С,
Сивкоева Т.П., Колиева СВ., Техова Р.С, Бестаева СВ.и Бучукури Г.С, осущест-16
вляемой под руководством Дауева и Бестаева А.; с результатами оперативно-
розыскной деятельности; с данными, содержащимися в протоколах многочислен­
ных обысков, проведенных в компьютерных игровых клубах; со сведениями, со­
держащимися в протоколах осмотров системных блоков, изъятых при обысках; с
заключениями экспертов и с другими доказательствами, подробно изложенными
в приговоре.
Что касается показаний на следствии Золоевой А. 3., Бетрозова М.С, Сив­
коева Т.П., Колиева СВ., Техова Р.С, Бестаева СВ. и Бучукури Г.С, то ни одно
из них не имело никакого преимущества перед остальными доказательствами, и
было оценено судом в совокупности со всеми сведениями, добытыми по делу, в
связи с чем доводы, содержащиеся в кассационных жалобах в этой части, являют­
ся неубедительными.
Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что на предварительном
следствии Золоева А. 3., Бетрозов М.С, Сивкоев Т.П., Колиев СВ., Техов Р.С,
Бестаев СВ. и Бучукури Г.С. вынуждены были оговаривать себя и других лиц в
результате применения незаконным методов расследования, материалы дела не
содержат.
Доводы осужденных и адвокатов о том, что непроведение некоторых следст­
венных действий, отклонение судом ряда ходатайств, ссылка на «признательные»
показания Золоевой А. 3., Бетрозова М.С, Сивкоева Т.П., Колиева СВ., Техова
Р.С, Бестаева СВ. и Бучукури Г.С, привели к вынесению необоснованного при­
говора, также являются несостоятельными, поскольку суд, всесторонне, полно и
объективно исследовав обстоятельства дела, проверив доказательства, сопоставив
их друг с другом, оценив собранные доказательства в их совокупности, пришел к
обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, и, проверив все
версии в защиту осужденных, в том числе, об их неосведомленности о контра-
фактности программного обеспечения, о том, что они не являлись участниками
организованной группы, об отсутствии ущерба, и опровергнув их, признал Зо-
лоеву А. 3., Бетрозова М.С, Сивкоева Т.П., Колиева СВ., Техова Р.С, Бестаева
СВ. и Бучукури Г.С. виновными в совершении инкриминируемых им преступле­
ниях, дав содеянному ими правильную юридическую оценку.
Анализ всех признанных достоверными доказательств, которые приведены в
приговоре, позволил суду правильно установить, что Дауев и Бестаев А. создали
устойчивую организованную преступную группу, в которую вовлекли, в том чис­
ле, Золоеву А. 3., Бетрозова М.С, Сивкоева Т.П., Колиева СВ., Техова Р.С, Бес­
таева СВ. и Бучукури Г.С. При этом Техов Р.С, Бестаев СВ., Бучукури, являясь
участниками организованной группы, с 27 сентября 2010 года по 19 мая 2011 го­
да, наряду с другими лицами занимались незаконным предпринимательством и в
результате совместных, согласованных преступных действий получили доход в
особо крупном размере - на общую сумму рублей. Они же, а также Зо-17
лоева А. 3., Бетрозов М.С, Сивкоев Т.П. и Колиева СВ. в указанный период вре­
мени занимались незаконным использованием объектов авторского права корпо­
рации « », а также незаконным приобретением и хранением контра­
фактных экземпляров произведений в целях сбыта, организованной группой, со­
вершенными в особо крупном размере - рублей.
Сам по себе отказ государственного обвинителя от поддержания обвинения
по ст. 210 УК РФ, на что указывается в жалобах, не является основанием, исклю­
чающим ответственность за совершение преступлений в составе организованной
группы.
При назначении наказания Золоевой А. 3., Бетрозову М.С, Сивкоеву Т.П.,
Колиеву СВ., Техову Р.С, Бестаеву СВ. и Бучукури Г.С. суд в полной мере учел
характер и степень общественной опасности совершенных ими преступлений,
данные об их личности, и все обстоятельства дела. Назначенное им наказание от­
вечает требованиям ст.ст. 6, 60 УК РФ, оно соразмерно содеянному, является
справедливым, и оснований считать его чрезмерно суровым, судебная коллегия не
находит.
Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или
ограничения гарантированных УПК РФ прав участников уголовного судопроиз­
водства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли
или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого
приговора, по настоящему делу не допущено. В связи с чем и эти доводы осуж­
денных и адвокатов являются несостоятельными.
На основании изложенного, и, руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ,
судебная коллегия
определила:
приговор Верховного Суда Республики Северная Осетия-Алания от 6 де­
кабря 2012 года в отношении Золоевой А З Бетрозова М
С , Сивкоева Т П Колиева С В
Техова Р С , Бестаева С В и Бучукури Г
С оставить без изменения, а кассационные жалобы - без удовлетво­
рения.
Председательствующий:
Судьи
Аватара пользователя
sirius701   Не в сети
 
Сообщения: 68
Зарегистрирован: 13 янв 2013, 09:12
Благодарил (а): 0 раз.
Поблагодарили: 1 раз.

Re: Отказ от знания АВТОРСКОГО ПРАВА обязателен

Сообщение Иванов2020 » 27 июн 2014, 15:06

http://uloblsud.ru/index.php?option=com ... &Itemid=61

"... органами предварительного следствия не доказано, что умысел Л. был направлен на нарушение авторского права, что является обязательным признаком рассматриваемого состава преступления, так как объектом посягательства, согласно статье 146 УК РФ, являются авторские права...

Поскольку материалы уголовного дела не содержат прямых доказательств или совокупности косвенных доказательств, подтверждающих наличие в действиях Л. состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 146 УК РФ, то судебная коллегия пришла к выводу о том, что оправдательный приговор суда апелляционной инстанции в отношении Л. постановлен правильно, законно и обоснованно.

В судебной коллегии по уголовным делам

Органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация)


Апелляционной инстанцией районного суда был отменен обвинительный приговор мирового судьи об осуждении Л. по части второй статьи 146 УК РФ, а Л. оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Ульяновского областного суда, рассмотрев кассационное представление государственного обвинителя на приговор апелляционной инстанции, оставила его без удовлетворения.
В кассационном представлении государственного обвинителя П. ставился вопрос об отмене приговора и направлении дела на новое апелляционное рассмотрение. По его мнению, вывод суда о недоказанности умысла Л. на нарушение авторского права не соответствует действительности, поскольку было установлено, что Л. приехал в квартиру Л.О.М. именно для установки программы «Autodesk 3ds Max 9 SLM» и достоверно знал, что у него нет лицензионного варианта указанной программы. Копируя эту программу из сети Интернет, Л. также достоверно знал, что данная программа является контрафактной, что авторские права в России защищены законом, но извлек данную программу из сети Интернет и установил на компьютере заказчика.
Не согласен государственный обвинитель и с выводами суда о том, что действия Л. являются только одной из форм неправомерного доступа к информации, поскольку в данном случае имела место запись произведения (программы) на жесткий диск компьютера. При этом у Л. на эти действия не было разрешения правообладателя. Извлечение же вышеуказанной программы из сети Интернет и дальнейшее ее незаконное использование образует состав преступления, предусмотренного частью второй статьи 146 УК РФ.
Государственный обвинитель также считает, что действия Л. в виде однократного копирования произведения (программы) уже образуют состав преступления, в совершении которого ему предъявлено обвинению, и нет необходимости доказывать, занимался ли Л. ранее установкой нелицензионных программ.
Не согласен государственный обвинитель и с тем, что сотрудники милиции спровоцировали Л. на совершение преступления. Судом проигнорировано, что речь шла об установке именно программы «Autodesk 3ds Max 9 SLM». При этом Л. знал, что данная программа является контрафактной, поскольку лицензионная стоит намного дороже, и подтвердил это в своих показаниях в ходе предварительного следствия. Данные показания опровергают вывод суда о том, что Л. не знал о стоимости программы «Autodesk 3ds Max 9 SLM».
Получение вознаграждения Л. за установленную на компьютер клиента контрафактную программу и выполненную работу свидетельствует также о том, что Л. действовал в целях сбыта указанной программы, так как никто из присутствовавших не имел навыков и познаний, необходимых для ее копирования на жесткий диск компьютера заказчика.
Кроме того, при постановлении приговора судом допущено нарушение уголовно-процессуального законодательства. Так, при постановлении оправдательного приговора за отсутствием в деянии состава преступления, суд необоснованно руководствовался пунктом 7 статьи 246, статьи 254 УПК РФ, поскольку государственный обвинитель не отказывался от предъявленного обвинения и у суда апелляционной инстанции не было оснований для прекращения уголовного дела.
Адвокатом Е. были представлены письменные возражения на кассационное представление государственного обвинителя.
Судебная коллегия по уголовным делам, проверив материалы дела, выслушав мнение сторон, нашла приговор суда апелляционной инстанции законным и обоснованным, а доводы кассационного представления – ошибочными.
В соответствии с требованиями ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор может быть постановлен только в том случае, если выводы суда о виновности подсудимого подтверждаются совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств. Предположение о виновности лица в совершении преступления при отсутствии достоверных доказательств не может служить основанием для вынесения обвинительного приговора.
Как установлено материалами уголовного дела, органами предварительного следствия Л. обвинялся в совершении преступления, предусмотренного частью второй статьи 146 УК РФ, а именно: в незаконном использовании объектов авторского права, а равно в приобретении и хранении контрафактных экземпляров произведений в целях сбыта, совершенные в крупном размере. Приговором мирового судьи гражданин Л. был признан виновным в том, что 11 марта 2009 установил на компьютер, находившийся в личной квартире Л.О.М. (старшего инспектора ОБПР УВД), нелицензионную компьютерную программу «Autodesk 3 ds Max 9 SLM», стоимостью 154 250 руб. 01 коп. Однако приговором апелляционной инстанции приговор мирового судьи был отменен, а Л. был оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.
Из материалов уголовного дела следует, что Л. на протяжении предварительного и судебного следствия не отрицал, что на компьютер, находящийся в квартире старшего инспектора ОБПР УВД, он установил компьютерную программу «Autodesk 3 ds Max 9 SLM», стоимостью 154 250 руб. 01 коп. Он показал, что компьютерную программу скопировал из сети Интернет, так как доступ к программе был свободный, и в последующем записал её на жесткий диск компьютера заказчика. За эту работу ему заплатили 300 руб., в которую входили транспортные расходы, а так же работа с 14-00 час. до 15 час. 35 мин.
Судом апелляционной инстанции правильно указано, что не представлено доказательств того, что Л. заранее знал о стоимости программы «Autodesk 3 ds Max 9 SLM», что имело существенное значение для вопроса о виновности Л. В приговоре приведен подробный анализ доказательств стороны обвинения: показания свидетеля Л.О.М., пояснившей, что во время переговоров с Л. ни она, ни он (Л.) не называли конкретную стоимость лицензионной программы «Autodesk 3 ds Max 9 SLM». Что касается денег, переданных Л., то они являлись лишь оплатой за сам труд, за факт оказания услуги, но не за программу «Autodesk 3 ds Max 9 SLM».

Стороной обвинения также не учтено, что указанная программа была получена из сети Интернет путём свободного доступа, и этот факт не оспаривается. Если лицо воспользовалось программой, свободно распространяемой в сети Интернет (поскольку иное не доказано), то оно не может нести ответственность за другое лицо, виновное в нарушении авторских прав, в незаконном распространении в сети Интернет соответствующей программы.

Таким образом, органами предварительного следствия не доказано, что умысел Л. был направлен на нарушение авторского права, что является обязательным признаком рассматриваемого состава преступления, так как объектом посягательства, согласно статье 146 УК РФ, являются авторские права. Сторона обвинения не представила также доказательств, что программа «Autodesk 3 ds Max 9 SLM» является объектом авторского права, и не установили авторов, права которых были нарушены.

Поскольку материалы уголовного дела не содержат прямых доказательств или совокупности косвенных доказательств, подтверждающих наличие в действиях Л. состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 146 УК РФ, то судебная коллегия пришла к выводу о том, что оправдательный приговор суда апелляционной инстанции в отношении Л. постановлен правильно, законно и обоснованно.
Кроме того, суд апелляционной инстанции правильно руководствовался положениями статьи 5 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», согласно которой органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий. (провокация), поскольку в соответствии со статьей 2 этого же Федерального закона задачами оперативно-розыскной деятельности являются выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а так же выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших.

Как установлено в судебном заседании, что не отрицается и стороной обвинения, Л. был приглашен сотрудниками правоохранительного органа исключительно в целях побуждения Л. на совершение указанных действий. Свидетели Л.О.М. и О. подтвердили в суде, что заказ был сделан на установку именно дорогостоящей программы (1С Бухгалтерия, Autocad, Autodesk 3ds Max 9 SLM) с тем, чтобы Л. совершил уголовно-наказуемое деяние. В связи с этим суд пришел к правильному выводу, что все указанные действия правоохранительных органов изначально являлись незаконными.
С учётом изложенного приговор в отношении Л. был оставлен без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя – без удовлетворения.
Иванов2020   Не в сети
FEMIDA78 TEAM
 
Сообщения: 13487
Зарегистрирован: 13 июл 2012, 13:05
Благодарил (а): 1158 раз.
Поблагодарили: 1923 раз.

Re: Отказ от знания АВТОРСКОГО ПРАВА обязателен

Сообщение Иванов2020 » 29 мар 2016, 13:39

суть в том, что одним из сверхважных условий для обвинения по ст 146 УК - следак должен доказать УМЫСЕЛ (это не ст о грабеже и т д, в которых умысел не надо доказывать, т е ст УК РФ различаются на те где не надо умысел доказывать (грабеж и т д) и на те, где надо умысел доказывать)

Подскажи где это указано, видел об этом только в прокурорских мет.рекомендациях.
А то затрахали ответы следаков - "незнание закона не освобождает от ответственности", они как заклинание это повторяют, можно подумать что это какая-то основополагающая статья УПК или Конституции :lol:


до 100 тыс руб - это административное правонарушение,
а свыше 100 тыс это уголовное преступление (общественно опасное деяние)




Статья 5 УК. Принцип вины
1. Лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.
2. Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается.




Статья 28 УК. Невиновное причинение вреда

1. Деяние признается совершенным невиновно, если лицо, его совершившее, не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий (бездействия) либо не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не должно было или не могло их предвидеть.

----





деяние совершено невиновно, поскольку "лицо" не знало цену, значит не знало , что будут нарушены права в крупном и особо крупном размере ! , т е лицо не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий на свыше 100 тыс, не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не могло их предвидеть.




деяние совершено невиновно, поскольку "лицо" не знало авторское право, значит не знало , что будут нарушено авторское право ! , т е лицо не осознавало и по обстоятельствам дела не могло осознавать общественной опасности своих действий, не предвидело возможности наступления общественно опасных последствий и по обстоятельствам дела не могло их предвидеть.



согласно ч.2 ст 5 УК "уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается."


а кто кого учил ценам и авторскому праву ? никто. беседа (проф работа ) не проводилась в нарушение закона о полиции. пропаганду правовых знаний менты не проводили (а обязаны) и никто не проводил .




источник : http://uloblsud.ru/index.php?option=com ... &Itemid=61


В судебной коллегии по уголовным делам

Судом апелляционной инстанции правильно указано, что не представлено доказательств того, что Л. заранее знал о стоимости программы «Autodesk 3 ds Max 9 SLM», что имело существенное значение для вопроса о виновности Л. В приговоре приведен подробный анализ доказательств стороны обвинения: показания свидетеля Л.О.М., пояснившей, что во время переговоров с Л. ни она, ни он (Л.) не называли конкретную стоимость лицензионной программы «Autodesk 3 ds Max 9 SLM». Что касается денег, переданных Л., то они являлись лишь оплатой за сам труд, за факт оказания услуги, но не за программу «Autodesk 3 ds Max 9 SLM».
...
Таким образом, органами предварительного следствия не доказано, что умысел Л. был направлен на нарушение авторского права, что является обязательным признаком рассматриваемого состава преступления, так как объектом посягательства, согласно статье 146 УК РФ, являются авторские права.
...
Поскольку материалы уголовного дела не содержат прямых доказательств или совокупности косвенных доказательств, подтверждающих наличие в действиях Л. состава преступления, предусмотренного частью 2 статьи 146 УК РФ, то судебная коллегия пришла к выводу о том, что оправдательный приговор суда апелляционной инстанции в отношении Л. постановлен правильно, законно и обоснованно.



-



связь ст 5 УК и ст 28 УК с УПК

сверхважная Статья 73 УПК . Обстоятельства, подлежащие доказыванию

1. При производстве по уголовному делу подлежат доказыванию:

2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;
--------------------------
а вина определяется в соответствии со ст 5 УК и ст 28 УК (см выше)


-
Иванов2020   Не в сети
FEMIDA78 TEAM
 
Сообщения: 13487
Зарегистрирован: 13 июл 2012, 13:05
Благодарил (а): 1158 раз.
Поблагодарили: 1923 раз.



Вернуться в Форум по статье 146 УК РФ

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 6

Яндекс.Метрика
Сообщить о неверной информации.